Sign up with your email address to be the first to know about new products, VIP offers, blog features & more.

Путь в “Страну”, ч. 6 – Токио

Первый раз я приехал в Токио осенью 2005 года. На Tokyo Game Show, разумеется. К тому времени я уже два года жил в Москве и работал в “СИ” редактором (и осенью 2005 года был повышен до зам. главного редактора). И уже лет шесть, наверное, был фанатом Японии. Поэтому можете себе представить, с каким предвкушением я летел в Токио.

От “СИ” тогда там было три человека: я, Валера Корнеев (Купер) и Толя Норенко. Толя там был по делам GDC Russia – договаривался с TGS о кросс-рекламе. Кажется, именно в 2005 году у “Геймленда” был свой стенд на Tokyo Game Show – чтобы продвигать “Геймленд” как эксперта по российской игровой индустрии. И тогда же я познакомился с волшебным японцем который нам помогал получать визы и общаться с посетителями стенда.

Тут надо отдельно объяснить, что это за японец такой. Когда-то он работал в посольстве Японии в Москве, потом перешел в инвестиционный фонд CSK (бывший владелец Sega), где и впервые столкнулся с темой игровой индустрии. В какой-то момент он познакомился с Димой Агаруновым, а через него – и с “СИ”. В настоящее время он руководит отделом в фонде UMJ (капитал около 20 млрд. долларов), занимается инвестициями в Россию и еще несколько стран. Для человека в его должности что самое главное? Нетворкинг. Поэтому он помогает нам получать визы, организует интервью с японскими разработчиками (любыми – кроме Nintendo, потому что Nintendo наплевать на его жалкие 20 млрд.) и отвечает на любые вопросы по Японии. Взамен мы иногда отвечаем ему на вопросы по российскому игровому бизнесу и знакомим его с разными людьми в индустрии. Он любит Россию, мы любим Японию – соответственно, мы рассказываем ему, что можно интересного сделать в России, а он отвечает на вопросы о Японии.

Я приведу один маленький пример, чтобы вы осознали, как мы ему должны быть благодарны за все. Мы приходим вместе с ним на встречу с Famitsu. И за пять минут до встречи этот наш японец достает коробку шоколадных конфет “Коркунов” и говорит нам: “Вы вот их возьмите и вручите людям из Фамицу – скажите, что это подарок им из России”. Мы: “ААААААА! МЫ ТУПЫЕ! МЫ НЕ ДОГАДАЛИСЬ!” Он: “Да ничего страшного, я понимаю, что это неочевидно, что вы должны были привезти что-нибудь. Я сам с утра только подумал об этом, и у меня в холодильнике как раз лежала на такой случай”.

Впрочем, в ту первую поездку мы как раз с ним общались мало – только познакомились, ну и на выставке поработали вместе.

В первый день в Японии мне было плохо. Ну, во-первых, мне показалось, что в Японии очень душно. Тепло, влажно, вокруг запахи еды – очень непривычно. Во-вторых, знакомый Купера (программист из Воронежа, давно живет в Токио, на накопления от зарплаты уже в том, 2005 году, открыл виски-бар!) порекомендовал нам съесть рамен в самой клевой раменной в округе. Я его съел, но мне показалось, что он пахнет, простите, говном. Выяснилось, что на говно похож вареный бамбук, который в рамене плавал. В дальнейшем такой бамбук мне встретился только один раз – в районе Little Tokyo в Лос-Анджелесе и тоже в приличном ресторане. Я думаю, это не фейл, а особый рецепт. Anyway, в первый день в Токио меня тошнило. Такой вот камин-аут.

На второй день, однако, я пришел в норму и сходил с ума на Акихабаре по тому, как там все круто. Экскурсию нам проводила Ицки (Женя Давидюк, как раз тогда переехала жить в Японию окончательно, наш бессменный переводчик с японского). И я тогда понакупил кучу разной фигни, которая в итоге теперь лежит в чулане или раздарена друзьям. В этом главная проблема с Токио: в первую поездку хочется сливать деньги на все, потому что все очень круто и в России недоступно вообще, ни за какие деньги. Купер надо мной слегка посмеивался (потому что не первый раз в Японии), Толя Норенко – тоже (потому что ему это все было в меньшей степени интересно), а я реально вел себя как сумасшедший фанат. Как кошка, нажравшаяся валерьянки.

Купер время от времени странно (на мой вкус) отжигал – например, подговаривал Толю Норенко СПРЯТАТЬСЯ от меня на Акихабаре, чтобы я растерялся и начал бегать в поисках коллег. Или, скажем, предлагал в метро на весь вагон хором громко крикнуть: “ПЕНИС!”.

В один из вечеров Купер повел нас в виски-бар как раз того самого русского чувака. Там мы ели fish & chips, что-то пили, в баре было много экспатов, к нам подсел американец, узнал, что мы игровые журналисты, тут же достал ноутбук и запустил на нем Asteroids. В Японии в баре играть в Asteroids и обсуждать Atari – это для меня был какой-то космос.

Дальше мы пошли гулять по кварталу Роппонги, встретились с Ицки и решили заглянуть в караоке. Это, чтобы вы понимали, любимое развлечение японцев, и у него есть одно принципиальное отличие от нашего караоке. В Японии каждая компания арендует маленькое закрытое помещение – так, чтобы не слышать чужое пение, только свое. И в караоке, соответственно, есть штук 20-30 таких помещений. Я там пел песню “All the things she said” группы Тату и единственную песню на русском – “Полюшко-поле”. Ах да, и еще подпевал Zankoku no Tenshi. Было это, конечно, ужасно, петь я не умею, и в какой-то момент от выпитого пива задремал. В этот момент мои гениальные друзья решили надо мной подшутить и Купер сделал смешной кадр со спящим мной. Утром они мне его показали, мы все вместе поржали, как глупо и стремно я выгляжу спящим, и Купер вроде бы пообещал его стереть (но не стер). Примерно через год, когда мы с Купером поругались, кадр всплыл в сети, при этом сам Купер тут же вышел на связь, извинился, и сказал, что сам не понимает, как так вышло – дескать, кто-то скопировал фотку с его компьютера без его ведома, а кто именно – непонятно.

Anyway, тогда, в 2005 году нам было тупо весело, и мы, скажем так, в равной степени подшучивали друг над другом. К слову, в 2004 году (когда я не ездил на TGS, но ездили Купер, Разумкин и кто-то еще) Купер в своем блоге написал о том, что “Разумкин танцует с симпатичной хостесс”, это увидела жена Разумкина и устроила ему скандал. 🙂 Хотя понятное дело, что это была просто глупая мужская шутка. Аналогично в 2005 году мы троллили Купера на тему того, что его жена (или тогда еще просто девушка) не все знает о том, с кем и зачем он встречается в Токио, и ему было некомфортно. Толя Норенко признался, что вздыхает по симпатичной секретарше нашего японского бизнес-партнера, и мы над ним тоже подтрунивали. Да и я дал повод для сплетен (о которых моей любимой женщине лучше было тогда не знать; впрочем, позже я ей сам все превентивно рассказал). Повторюсь: это все были глупые мужские шутки, это было давно, неправда, и возвращаться к ним сейчас в комментариях не надо. А тогда нам было очень весело найти на Харадзюку магазин Condomania со смешной сувениркой по презервативам и подначивать друг друга купить там плюшевого человека-презерватива.

В 2005 году я, пожалуй, наиболее успешно прошелся по японским барам. В какой-то из дней мы начали пить в окинавском ресторане – ели жирные куски свинины, запивали окинавской водкой, слушали сямисен. Продолжили мы бар-хоппингом по Роппонги, который закончился в пять утра. Мы знакомились с какими-то японками, угощали их коктейлями, танцевали, шли дальше. Самое, впрочем, главное мое впечатление от вечера: на перекрестке ко мне подбежала девушка, ущипнула за сосок и улыбнулась. Потом что-то крикнула подруге, та подбежала, и они вдвоем пытались мне что-то втюхать. Тот самый воронежский программист объяснил, что это китайская проститутка и хочет денег. Мы ретировались в гостиницу.

Я совершенно не запомнил, что было в том году на собственно Tokyo Game Show. Ну да, мы смотрели игры. Брали интервью у Кодзи Игараси по Castlevania вместе с Купером. Кажется, я брал интервью у Ацуси Инабы. На Tokyo Game Show были толпы народу, офигительный косплей, куча магазинов с эксклюзивными (только для выставки) сувенирами по играм. Но именно TGS разных лет у меня в голове как-то сливаются в одну большую кучу, и мне сложно отделить одно от другого.

Что до собственно поездок в Японию, то вот та единственная поездка с Купером и Норенко сильно отличается от того, что было дальше. Дальше я ездил на TGS с Наташей Одинцовой (а также Разумкиным, Левандовским, Сониным и Закировым), и это был совсем другой формат. Без баров, без пьянок до пяти утра, без трэша и угара, без воронежского программиста, без шуток про секс. Но вот в эти другие поездки было много других интересных вещей, о которых я расскажу в отдельном посте.

  • Фотку ту смело можно ставить в ряд шок-контента, наряду с танцем на Воронежском фестивале.

    Корнеев тот еще затейник.

    Но вы в этом плане молодцы, аудиторию журнала подобными шутками отменно тормошили, я больше примеров на фронте игровой журналистики и не помню, чтобы так веселились.

    • Не надо путать просчитанные вещи, вроде танца, с фигней, которая не должна была нигде появиться.

      А так мы да, подтрунивали друг над другом и в журнале – я потом выложу фоточки из юбилейного номера.

  • лол, наши проститутки – сама скромность по сравнению с теми)))